Что ни говори, за эти несколько деньков автомат Георгия успел поработать на славу. Лохматые твари десятками устилали улочки странного города, чему панцирная громадина была, похоже, рада. Лапищи "жука" зацепили неподвижное тело, словно куль, потащили к склонившейся башенке-головке. Так баграми подтягивают к берегу утопленника. Георгий скривился, сообразив, что последует дальше. Он невольно оказался свидетелем чужой трапезы, и приступ тошноты чуть не вывернул его наизнанку.

"Доктор! Все ли грибы можно есть?.. Все, но некоторые только один раз..." К данным событиям анекдот явно не подходил. Угроза отравиться обезьяньим мясом исполина явно не пугала. По всему было видно, что дело это для него привычное, не лишенное физиологической радости. Челюсти "жука" широко разъехались, превратившись в устрашающего вида пещеру. Лапы-багры пришли в движение, и труп гориллоподобного чудища поплыл вверх, словно по элеватору, медлительно взлетая к пасти хищника. Дальнейшего Георгий уже не видел. Ноги его наконец-то ожили, и, часто оглядываясь, он помчался прочь от панцирного страшилища. Правая ладонь продолжала стискивать пистолетную рукоять "Гарапонта-80", однако иллюзий Георгий не строил. О том, чтобы попытаться остановить эту махину автоматными очередями, нечего было и думать. Люди не умирают от заноз, а этому трехэтажному "насекомому" пули, вероятно, не показались бы даже занозами...

Из переулка навстречу вылетела тень - как всегда стремительно, как всегда неслышно. Но после "жука" это казалось сущим пустяком. Георгий, не целясь, резанул по лохматой фигуре очередью и не промахнулся. Такое тоже иногда бывает, когда без вмешательства мозга слепые рефлексы справляются с задачей на порядок эффективнее. Сверкающий пунктир целиком и полностью, словно в черную дыру, ушел в широченную грудь человекообразного чудища, разворотив и превратив в одну огромную рану. С ревом отшатнувшись, противник распластался на пыльном тротуаре. Еще один гостинец оставшейся за спиной "черепахе".